Детский рак и наследственность

Онкогенетика изучает роль генетических факторов в происхождении и развитии опухолей

Когда в семье появляется онкобольной, особенно ребенок, часто возникают вопросы и страхи: не связана ли болезнь ребенка с наследственностью?

Родители начинают вспоминать родственников, болевших раком, опасаются за судьбу других детей, иногда даже обвиняют друг друга. Беспокойство остается даже тогда, когда врачи сообщают, что развитие детского рака в большинстве случаев не связано ни с какими известными наследственными факторами.

Но все же как отличить те случаи, когда действительно стоит насторожиться? И что тогда делать?

Анна Казакова, врач клинической лабораторной диагностики
Анна Казакова, врач клинической лабораторной диагностики
Мы поговорили о том, есть ли связь между онкологическими заболеваниями и генетическими факторами, с Анной Казаковой, врачом Центра детской гематологии им. Дмитрия Рогачева.

Чем занимается генетик, который работает в онкологическом центре?

У десятков и сотен разных заболеваний, которые мы называем раком, есть общая черта. Она заключается в том, что злокачественная опухоль изначально возникает из одной клетки, где произошла какая-то генетическая поломка. Такая поломка, которая привела к потере контроля над ростом и размножением этой клетки и ее потомков.

Такие поломки в организме человека происходят ежедневно и в большом количестве. Но обычно организм не допускает поврежденную клетку к дальнейшему размножению — на разных этапах уничтожает, отсекает ее. Но если контрольные системы не сработали и клетка «проскочила», начала размножаться, то запускается процесс образования опухоли.

И большую часть времени я занимаюсь генетикой непосредственно опухолевых клеток. Мы изучаем те поломки (транслокации, мутации), которые возникают в клетках, дающих начало опухоли. Потому что их знание часто дает нам возможность предсказать течение заболевания и назначить оптимальную терапию.

И где же здесь наследственность?

Генетическая поломка и сбой в контролирующих системах — это всегда случайность. Но некоторые факторы, внешние или наследственные, повышают ее риск.

Выход клетки из-под контроля
Выход клетки из-под контроля
Внешние факторы (такие как курение) часто имеют важное значение при возникновении рака у взрослых. Но не у детей. Разве что бывает, что дети получают высокие дозы облучения (во время прошлого лечения или каких-то катастроф), но таких детей очень мало и они и так находятся под наблюдением врачей.

А вот с наследственными факторами все сложнее. Ведь может так случиться, что у ребенка, например, с рождения есть аномалия именно в тех генах, которые важны для защиты от рака. Тогда он в группе риска. В последнее время описывают все больше генетических синдромов, при которых повышен риск развития онкологических заболеваний. Именно эта тема входит в круг моих профессиональных интересов.

Сейчас мы можем выявить генетические аномалии, связанные с более высоким риском опухолей, примерно у 10-15% онкобольных детей.

Возможно, в будущем эта доля изменится. Речь идет об аномалиях при рождении. Но не всегда это значит их наследственный, семейный характер: они могут возникать и впервые, спонтанно, только у этого ребенка.

А у подавляющего большинства онкобольных детей не обнаруживается никаких известных генетических аномалий, сопряженных с повышенным риском опухолей.

Какие же генетические аномалии повышают риск рака у детей?

Они разные, по-разному возникают, по-разному наследуются. Среди них есть и довольно распространенные, и редкие, обычно известные только специалистам. Перечислим некоторые из них:

  • При синдроме Дауна сильно повышен риск острых лейкозов. Так, для такой редкой разновидности, как острый мегакариоцитарный лейкоз, он повышен примерно в 500 раз, а для острого лимфобластного лейкоза — в 20 раз.

  • При нейрофиброматозе повышается частота таких опухолей, как глиомы зрительных нервов, астроцитомы, эпендимомы, невриномы слухового нерва, менингиомы и так далее. Нейрофиброматоз может как быть унаследованным, так и возникать спонтанно.

  • У маленьких пациентов с синдромом Беквита-Видемана также повышенный риск опухолей, особенно почечной опухоли Вилмса — нефробластомы. Этот синдром чаще возникает спонтанно, риск его повторения в семье невысок, но иногда он может быть и унаследован. Нефробластома может быть связана и с другими генетическими синдромами.

  • При некоторых из первичных иммунодефицитов (синдроме Ниймеген, синдроме Луи-Бар, синдроме Блума) резко повышается риск опухолей, в первую очередь лимфом. Часто развиваются лимфомы и лейкозы и при синдроме Вискотта-Олдрича.

  • У детей и подростков с анемией Фанкони резко повышается риск острого миелоидного лейкоза и миелодиспластического синдрома. Есть также предрасположенность к развитию других опухолей — головы и шеи, кожи, желудочно-кишечного тракта, мочеполовой системы.

  • Очень редкий синдром Ли-Фраумени может повлечь за собой возникновение сарком мягких тканей, остеосаркомы, опухолей головного мозга, адренокортикального рака, лейкозов, лимфом и так далее.

Осмотр у офтальмолога
Осмотр у офтальмолога

  • в развитии ретинобластомы (злокачественная опухоль сетчатки глаза) наследственность играет важнейшую роль: примерно в 40-45% случаев мутация, резко повышающая риск болезни, наследуется от кого-то из родителей. Кроме того, у детей с наследственной ретинобластомой даже после успешного лечения остается повышенный риск других опухолей — остеосаркомы, сарком мягких тканей, меланомы.

Соответственно, если у ребенка есть любая из этих аномалий, у специалистов и родителей должна быть особая настороженность. Есть и другие синдромы. Их известно несколько десятков, большинство очень редки. Но вероятно, что развитие методов генетического анализа приведет к открытию новых.

Подчеркнем еще раз: сегодня мы говорим о детях. Роль наследственности в возникновении рака у взрослых — тема отдельного разговора.

Можно ли как можно раньше распознать эти синдромы?

Некоторые наследственные синдромы могут диагностироваться рано, до появления признаков опухоли. При многих из них у детей есть характерные особенности.

  • Внешние признаки, по которым можно определить синдром Дауна, хорошо известны.
  • При нейрофиброматозе это множественные кожные пятна цвета «кофе с молоком», другие изменения пигментации, аномалии развития скелета.
  • При синдроме Беквита-Видемана — увеличенный язык (макроглоссия), большой рост и вес, часто пупочная грыжа.
  • При синдроме Ниймеген — маленькая голова (микроцефалия), характерные черты лица, иногда отставание в развитии.
  • При анемии Фанкони — определенные аномалии скелета и внутренних органов.

Опытный и квалифицированный врач, наблюдая таких детей, может рано заподозрить тот или иной синдром и направить ребенка на генетическое тестирование.

Есть много особенностей, которые позволяют заподозрить генетический синдром. Это прежде всего ряд внешних признаков: особенности строения черепа, отставание в психомоторном и физическом развитии, неврологические отклонения (например, судороги) и многое другое.

Секвенатор - прибор для определения последовательностей ДНК
Секвенатор - прибор для определения последовательностей ДНК
Как правило, уже на первом году жизни, в ходе регулярных осмотров, педиатр может заподозрить наличие генетического заболевания и направить к генетикам и другим специалистам. Но иногда картина смазана и наличие синдрома неочевидно. А есть и такие синдромы, при которых нет никаких внешних проявлений, — например, синдром Ли-Фраумени. Заподозрить их обычно удается только при развитии онкологического заболевания.

Поэтому для врача-генетика важна информация о наличии онкологических заболеваний у других членов семьи (особенно диагностированных в возрасте до 50 лет), о степени родства и вариантах опухолей.

При многих синдромах важна ранняя диагностика. Прежде всего это вопрос онкологической настороженности: не пропустить начало онкозаболевания и вовремя принять меры. Или, например, бывают случаи, когда приезжает к нам ребенок с лимфомой или лейкозом, онкологи видят, что что-то не укладывается в норму, зовут иммунологов, и выясняется, что у ребенка синдром Ниймеген. До этого никто не обращал внимания на частые инфекционные заболевания и особенности внешности у ребенка. А ведь эти дети должны регулярно получать вливания иммуноглобулинов, а в случае онкологического заболевания им нужен индивидуальный подход к терапии. Знание диагноза влияет на выбор терапии, например, и при анемии Фанкони.

Если поставлен онкологический диагноз…

Все ли дети с онкозаболеваниями проходят обследование на наследственные синдромы?

Нет. Такая консультация требуется очень небольшому проценту пациентов. Мы не консультируем, например, всех детей с диагнозом «острый лимфобластный лейкоз». Это не нужно.

Если один ребенок в семье заболел раком, родители начинают очень волноваться за остальных…

Вероятность, что заболеет другой ребенок в семье, очень низка. Но этот вопрос должен быть задан лечащему врачу, и он ответит, нужна ли именно в этом случае консультация генетика.

Вообще, если в семье у кого-то было онкологическое заболевание, это совсем не означает, что оно обязательно возникнет и у остальных. Абсолютно не стоит бежать и сдавать анализы для определения всех возможных генетических синдромов и поломок. Тут должен быть очень взвешенный подход специалистов, а не людей, почему-то решивших, что у них есть повышенные риски. В лучшем случае это приведет к неоправданной трате денег. А в худшем, при неоднозначном результате, — к повышенной тревожности в ожидании болезни, которая, возможно, никогда и не случится.

Даже если генетический скрининг вдруг показал неблагоприятную поломку, возникновение рака — все равно дело случая.

А случается такое, что, например, приводят к вам больного ребенка и это провоцирует проверить здоровье его близких?

Бывает. Скажем, выясняют, что у ребенка анемия Фанкони. Потом начинают смотреть братьев и сестер, у которых выявляют то же заболевание. Вот в таком случае очень важно сделать генетический скрининг всем детям в семье. Есть и другие поводы проверить братьев и сестер. Многие мы тут уже перечислили: синдромы Ниймеген, Луи-Барр, Ли-Фраумени, нейрофиброматоз, опухоль Вилмса...

Или вот у нас в центре был пациент с острым лейкозом, которому была необходима срочная трансплантация костного мозга. На поиск донора было мало времени, поэтому решили взять костный мозг у мамы или папы. Но в семье была серьезная история раковых опухолей. Родителей обследовали, и выяснилось, что и у мамы, и у папы есть поломки в генах-контроллерах онкологических заболеваний... К счастью, мальчику быстро нашли неродственного донора.

Всегда ли онкогенетики могут установить генетическую поломку?

Больница Св. Иуды Фаддея, США. Эмблема Pediatric Cancer Genome Project
Больница Св. Иуды Фаддея, США. Эмблема Pediatric Cancer Genome Project

Мы пока не всё знаем. Скажем, изредка попадаются семьи, в которых несколько детей болеют лейкозами. Есть и семейный анамнез, и общность течения заболевания, но найти поломку гена существующими методами не получается. Или у ребенка могут быть клинические проявления, которые связаны с генетически обусловленным заболеванием. Есть наследственный компонент, мы всё проверили, но не увидели конкретную генетическую аномалию.

Тогда мы можем, например, предложить пересмотреть результаты исследований через некоторое время. За этот период может открыться что-то новое и, может быть, генетики обнаружат случай, похожий на наш. Но вот сегодня мы ничего не видим и не можем дать рекомендации.

Не бояться!

Многие думают, что если в роду у человека были онкобольные, то автоматически он попадает в группу риска. Так ли это?

Есть возрастной ценз. Если у кого-то из членов семьи развитие рака случается после 50 лет, то это скорее закономерный процесс. Ведь старение организма — это накопление мутаций.

А если заболевание возникает в раннем возрасте, до 50 лет, это аномальная ситуация. Она может быть результатом случайности. А может быть и генетической предрасположенности.

Стоит сказать и о степени родства. Если раннее онкозаболевание было выявлено у троюродной прабабушки, тут не нужно бить тревогу. А вот если мама или сестра мамы, тут имеет смысл обсудить возможные риски с генетиком.

Нужно ли всем детям проверяться на риск развития онкозаболевания? И вообще на генетические синдромы?

Нет! Маме просто надо следить за развитием ребенка и не стесняться задавать вопросы педиатру в случае каких-то проблем — скажем, у ребенка слишком медленное или слишком быстрое физическое развитие. Вот если есть какие-то серьезные отклонения, можно требовать консультации специалиста, в том числе генетика.

Что касается генетических заболеваний, наша система, в принципе, построена как надо. Скрининг во время беременности, скрининг в роддоме, регулярные осмотры педиатра. К сожалению, некоторые синдромы просто так не увидишь.

Детский рак — это исключение из правил.

Еще раз повторяю: мама не должна с первых дней жизни ребенка беспокоиться о том, что у него может быть рак. Такой диагноз — это исключение из правил. Есть огромное количество болезней, и что теперь, обо всех нужно думать? Если в семье не было какой-то экстраординарной ситуации, нужно жить спокойно. Мы не можем предсказать, что будет завтра.

А когда родителям все-таки стоит заранее обратиться к онкогенетику?

Когда в семье уже была смерть ребенка до 15 лет по неясным причинам. Здесь действительно требуется разобраться, в том числе прийти за консультацией к онкогенетику. Полезны будут и медицинская выписка, и сохранившиеся биоматериалы.

Кроме того, настороженность должны вызывать повторные случаи частых выкидышей и замерших беременностей, особенно на поздних строках. В таком случае направить женщину к генетику — задача гинеколога.

НМИЦ ДГОИ им. Дмитрия Рогачева
НМИЦ ДГОИ им. Дмитрия Рогачева

Многие наши бывшие подопечные выздоровели, выросли и стали родителями. Каковы риски у детей, чьи родители в детстве болели раком?

Мне кажется, таким родителям хорошо бы обратиться к онкогенетику в качестве профилактической меры. Врач оценит анамнез, вариант опухоли, возраст проявления заболевания, генетические поломки в опухолевых клетках и скажет, есть ли повод опасаться… Все-таки это группа риска, и лучше перестраховаться.

А в заключение я хочу сказать всем родителям: живите и наслаждайтесь жизнью. И обязательно регулярно посещайте с ребенком педиатра.

Проект фонда «Диагностика и анализы»
Иногда диагностические процедуры приходится оплачивать — например, если их нельзя провести на базе той клиники, где лечится ребенок. Но только точная диагностика позволяет назначить оптимальное лечение! И мы стараемся сделать так, чтобы все наши подопечные могли без проблем получить все жизненно необходимые обследования и анализы, включая самые сложные и дорогостоящие.
Подписаться на рассылку

Подписаться на рассылку

Мы рады приветствовать вас на сайте фонда «Подари жизнь».
Если вы хотите получать информацию о фонде и его подопечных, оставьте, пожалуйста, свой адрес электронной почты.

не показывать мне это окно

Хотите присоединиться к нам в соцсетях?
Да, хочу!Нет, спасибо.