Катины заметки. О терниях :-)

Эти записи я сделала почти два года назад. И они вовсе не о светлых моментах волонтерства. Волонтера ждут не только благодарности и светлые эмоции. Сложности тоже встречаются. Но все эти сложности совсем не помешали мне остаться в больнице и в меру сил помогать детям. Чего и Вам желаю :-).

Чуть больше года я обретаюсь на окраинах благотворительности. Новые люди, свежие впечатления. Которыми и делюсь.

Чур, меня

- Зачем тебе это надо? Их ребенок болеет, пусть они сами что-то делают. Они же тебя используют…
- Ну что тебя тянет туда, к чужим! Ты о себе подумай. Из-за этой больницы ты сильно изменилась.

Это мои родственники и знакомые так говорят. Они не хотят ничего знать про моих детей. За словами часто чувствуется уверенность, что их это не коснется. Несчастия бывают в кино и у соседей. Чем меньше про них знаешь, тем спокойнее живешь.

- А что, в больнице нет доноров? – это уже новенькие из отделения общей гематологии удивляются.
- А вы-то часто сдавали кровь, пока сами не заболели? - отвечаю.
- Нет, ни разу.

А потом они, эти новенькие, узнают, что многие лекарства им придется покупать самим. Что больничный лист матерям детей старше 15 лет не дают, и приходится увольняться с работы. И не на что жить. А если предстоит пересадка костного мозга, надо срочно раздобыть 15 тысяч евро на поиск неродственного донора. И они начинают обивать пороги благотворительных фондов, крупных предприятий, взывать о помощи через газеты и Интернет. И надеются, что здоровые благополучные люди их услышат, и поймут, и
помогут.

Кто-то поможет. А кто-то скажет: «Чур, меня. Мысль материальна. Не думай о беде, и она к тебе не пристанет.»

Товар-деньги-товар

- Это ваше объявление «Поделись кровью» в газете? А сколько вы за него заплатили?
- Нисколько. У нас договоренность с газетой, что они помогают детям.
- Вы понимаете, моему ребенку нужна операция на сердце. Сколько надо заплатить, чтобы про нас написали в газете?
- Знаете, журналистка ведет эту рубрику, чтобы помочь людям. Ничего платить не надо. Конечно, всем она помочь не может, но вы обратитесь…

Долго убеждала телефонную собеседницу, что на свете есть просто добрые люди. Которые помогают бескорыстно, то есть даром. По-моему, она так и не поверила.

О справедливости

- Почему Вы про мою К*** в газету не написали? Про всех написали, а про нас нет! Почему Вы нам спонсора не нашли!? – возмущается мамаша.

Объясняю, что я ищу доноров крови, а не спонсоров. Что я не могу написать про каждого, ведь наше объявление выходит всего два раза в месяц. Не верит. Смотрит с подозрением и вызовом. Открываю кошелек и даю деньги. Свои, между прочим. Еще раз говорю, что я не в состоянии помочь всем. Что К*** в больнице только месяц, а многие лечатся уже не первый год, и им еще тяжелее. Что я стараюсь помочь наиболее нуждающимся…

- Надо помогать всем поровну. Вот дали тебе тыщу рублей, ты ее раздели на всех. Это будет честно. Ты же не можешь определить, кому нужнее всего, - говорит другая мама. Она давно уже уехала из больницы.

Я и в самом деле не могу определить, кому нужнее всего. Я очень хочу, но не могу помочь всем. Я в первую очередь бросаюсь помогать тем, кому отказали другие. Кому надо срочно собрать большую сумму, иначе ребенок погибнет, и ясно, что без посторонней помощи человеку не обойтись.

Аня говорит, что благотворительность по природе своей несправедлива и пристрастна. Аня права. И это означает, что нам не избежать зависти, обид и пересудов.

Я это понимаю. Тем не менее, я три недели избегала появляться в отделении ТКМ, где лежит К***

Почему я?

- А зачем я буду кровь сдавать, ведь есть же доноры, - говорит мама. Это значит, ей в лом сдать кровь для собственного сына. Она считает нормальным, что для ее ребенка кровь будут сдавать чужие люди. Чужие люди будут отпрашиваться с работы, сидеть в очереди в донорском зале, вылеживать два часа на аппарате.

- Катя, нам нужны деньги на то-то и то-то, - говорит другая мама и выжидательно смотрит.
- А вы что сделали, чтобы найти деньги? – спрашиваю. Она не понимает.

Бывает, что родители распродают все ради спасения ребенка. В буквальном смысле все: дом, мебель, даже одежду. Таким родителям хочется помогать. Есть другие родители, которые уверены, что мои услуги принадлежат им по праву. Что они уже достаточно несчастны из-за того, что их ребенок смертельно болен. Они по-своему правы. А я подавляю внутренний протест: «Ну почему я должна в лепешку расшибаться, если родная мать ничего не хочет сделать? - Да, но ребенок-то не виноват».

Арифметика

Раньше я знала, что 500 рублей – это мой с сыном поход в пиццерию. 500 долларов – это стоимость дороги на мою любимую енисейскую биостанцию. За 20 тысяч долларов можно было купить плохонькую квартирку (это давно было).

Теперь я считаю по-другому. 500 рублей – большая бутылка бетадина. 200 долларов – стоимость дня госпитализации для мальчика Мирзоева из Азербайджана. 15 тысяч евро – поиск донора костного мозга в европейском регистре.

Это не значит, конечно, что я во всем себе отказываю.

Стервятники

Я даю в газету объявления с просьбой помочь смертельно больному ребенку. В конце текста – мой телефон.

Звонок.

- Вы мама Оли? Кровь я сдать не могу. Но я хочу Вам помочь. Есть уникальный препарат (прибор, который изобрели непризнанные российские гении; метод лечения с помощью солнца; специалист с необыкновенными парапсихческими способностями, etc.). Я с вас за лечение денег не возьму… Но надо заплатить за лекарства (варианты: за литературу, за диагностику, …).
- Спасибо. Но я, наверное, не воспользуюсь Вашим предложением.
- Да какая же Вы мать! Вы убьете своего ребенка! Вот посмотрите! Я Вам помочь хочу!

Даже я пугаюсь и начинаю чувствовать себя извергом, отвергшим единственную возможность спасти жизнь ребенка. А если бы они и в самом деле говорили с матерью? Сволочи.

Эпилог

- Темнят что-то врачи. Они на нас свои лекарства испытывают. Им то все равно, что с ребенком будет. И фонду этому я не доверяю. Они же за наш счет живут. Деньги на наших детей собирают, а сами…

Это разговоры, периодически возникающие на материнской кухне. Как пела незабвенная старушка Шапокляк, «кто людям помогает, тот тратит время зря»… И ничего здесь не поделаешь.

Всегда Ваша, Екатерина Чистякова