Бегущая по волнам

23 июня в Гематологическом Центре умерла Валя Кобелева.

Я познакомилась с Валей два года назад. Мне надо было написать о Вале статью на наш сайт для сбора средств на поиск и активацию донора костного мозга. Я помню Валю красивой, высокой молчаливой девушкой, которую было очень сложно разговорить. Чтобы написать о ней большую статью, мне пришлось очень многое — не то чтобы выдумать, а нафантазировать. О том, какой Валя станет, когда поправится. Пришлось придумать Валино будущее. То будущее, которое, как мы теперь уже знаем, никогда не состоится.

Я помню Валю в отделении трансплантации костного мозга, она лежала в своем боксе красивая, в платочке на голове и вышивала. У нее был одухотворенный вид, как будто будущее, в котором Валя станет здоровой девушкой, уже начало осуществляться.

Вскоре после трансплантации начались осложнения, которые меняли Валю. Она стала совсем молчаливой. Она перестала ходить. Она перестала слышать. У нее изменилась внешность. Валя закрылась. Я не знала, как с ней разговаривать. Смотреть на нее было больно. Также больно, а может быть, еще больнее было смотреть на Валину маму Ирину. Мне страшно было встречаться с ней взглядом.

Я помню, что к Вале пытался ходить психолог, но ему не удалось пробить стену, которой девушка окружила себя в больнице. К счастью, были люди, которым Валя открывалась. Вот что пишет о Вале ее волонтер и подруга Маша Егорова: «Внешне Валька, действительно, была колючкой, но за репейным фасадом скрывалась нежная, очень ранимая девушка едва осознавшая свою женственность, стремящаяся быть красивой, мечтающая о любви. Валька осознавала всю серьёзность своего положения, иногда опускала руки, но чаще стремилась облегчить жизнь своей мамы, полностью посвятившей себя единственной дочери: потеряв слух, училась читать по губам, старалась сама себя обслуживать, как бы это не было трудно. Вале очень хотелось домой. Она редко что-то просила, а на вопрос что ей принести неизменно отвечала: "Билет на самолёт". А ещё Валька мечтала о море. Но не о суровом — магаданском, а о ласково-тёплом, где можно купаться, чувствуя шёпот волн на своей просоленной коже. Валька вообще очень искала тепла».

После трансплантации костного мозга Валя прожила два очень тяжелых года. Она выросла, стала для нашей медицины формально взрослой и ее перевели в Гематологический центр. Там Валя умерла. Так и не увидев теплого моря. Я не знаю, зачем юной девушке и ее маме были посланы такие страдания. Я не знаю, кто способен был разделить их боль. Вале сейчас не больно. Может быть, сейчас Валина душа или сама Валя, стройная, красивая, загорелая, все слышащая, с длинными развевающимися волосами, как две капли воды похожая на ее любимую Милу Йовович, идет по горячему песку к волнам теплого моря. Может быть…

Вечная память.

Елена Мулярова